Вы находитесь здесь: Главная > Общество > Все началось с 70-летнего дачника. Как живет белорусская деревня, где каждый 20-й — ВИЧ-инфицирован

Все началось с 70-летнего дачника. Как живет белорусская деревня, где каждый 20-й — ВИЧ-инфицирован

Истoчник мaтeриaлa:
Tut.by

Стaсeвкa Бoбруйскoгo рaйoнa мaлo чeм oтличaeтся oт   другиx бeлoрусскиx «вёсaк»   — нeскoлькo улиц, нa   пeрeсeчeнии кoтoрыx вoзвышaeтся пoрoсший бурьянoм пaмятник Миxaилу Фрунзe, здaниe зaкрытoй шкoлы, eдинствeнный нa   сoтню xaт мaгaзин, гдe мeстныe житeли пoкупaют прoдукты и   oбсуждaют пoслeдниe нoвoсти. Нo   зa   сoннoй рaзмeрeннoстью сeльскoй жизни, кoтoрaя и   вoвсe зaмирaeт с   нaступлeниeм xoлoдoв, скрывaeтся нeпригляднaя стaтистикa: нa   264 мeстныx житeля   — 12 ВИЧ-инфицирoвaнныx.




Имeннo в   Стaсeвкe три гoдa нaзaд зa   сoврaщeниe 14-лeтнeй шкoльницы был зaдeржaн 56-лeтний прeдсeдaтeль мeстнoгo сeльсoвeтa Никoлaй Рeвeнкoв   — eгo в   кaчeствe oднoгo из   пoлoвыx пaртнeрoв укaзaлa дeвoчкa, у   кoтoрoй oбнaружили ВИЧ. Сeйчaс бывший прeдсeдaтeль отбывает 15-летний срок в   колонии усиленного режима   — как и   другие фигуранты дела, состоявшие в   интимных отношениях с   девочкой.


Дом, в   котором раньше жила семья школьницы, закрыт. Женщина по   имени Ольга, представившаяся ее   родственницей, говорит, что все разъехались: мать вышла замуж и   уехала в   Гомельскую область, а   дочь поступила в   колледж.




—   Не   знаю, учится сейчас или нет, но   это и   хорошо, что уехала,   — признается собеседница. —   Парни, которых она посадила, пообещали, что выйдут из   тюрьмы и   с   ней разберутся.


Ольга говорит, что по   делу, которое слушалось в   закрытом режиме, проходили даже мужчины из   Гомельской области. Ольга не   знает, были   ли они ВИЧ-инфицированы, но   к   уголовной ответственности за   распространение вируса суд школьницу не   привлекал.


—   Она так и   куролесила потом здесь и   в   соседнем районе, пока не   уехала,   — вспоминает женщина.




В   местном ФАПе, больше похожем на   клуб для пенсионеров, в   будний день многолюдно. Кто-то приходит измерить давление, кто-то   — погреться и   пообщаться с   односельчанами. Фельдшер Тамара Лицкевич работает здесь уже 52 года, поэтому знает о   жителях Стасевки все. Имен не   называет, так как не   имеет права разглашать медицинскую тайну, но   рассказывает, откуда в   деревне появился вирус иммунодефицита.


—   Впервые у   нас такой диагноз был поставлен лет двадцать назад,   — вспоминает Тамара Ивановна. —   Семья к   нам переехала, и   у   женщины, которая была беременна, оказался положительный результат на   ВИЧ. Так ее   прямо отсюда забрали в   город на   аборт.




Потом много лет, по   словам фельдшера, в   деревне с   ВИЧ-ситуацией все было благополучно. До   того самого скандала, после которого правоохранители стали выяснять, с   кем именно состояла в   интимных отношениях местная школьница. Все указывало на   то, что распространителем инфекции является мужчина 1947 года рождения, который приехал в   Стасевку из   Геленджика.


—   Дом здесь купил вроде как под дачу, летом жил, а   на   зиму уезжал обратно. Много молодежи у   нас попортил,   — говорит Тамара Ивановна.




Когда 70-летнему пенсионеру предложили сделать тест на   ВИЧ, он   исчез. В   связи с   делом о   растлении несовершеннолетней, по   словам фельдшера, мужчина был объявлен в   розыск. В   Стасевке пенсионер с   тех пор больше не   появлялся.


На   вопрос, как   же сегодня живут в   деревне те, у   кого есть вирус иммунодефицита, Тамара Ивановна отвечает: так   же, как и   все. С   той лишь поправкой, что предупреждены об   уголовной ответственности за   распространение ВИЧ. Регулярно, по   словам фельдшера, они ездят в   Бобруйск, где в   одной из   поликлиник проходят обследование и   получают от   врача-инфекциониста медпрепараты для укрепления иммунитета.


—   Многие работают в   ОАО   «Стасевка», это наше единственное предприятие. Конечно, на   ферму никто не   сообщает, что человек инфицирован. Так что никакой дискриминации нет.


Средний возраст таких пациентов в   деревне   — около 40 лет. Есть семьи, в   которых ВИЧ обнаружен сразу у   нескольких человек. Правда, и   повод для гордости имеется: с   начала года в   Стасевке не   было выявлено ни   одного нового случая инфицирования.




Возле местного магазина женщины обсуждают цены на   продукты, возмущаясь, что в   городе их   можно купить дешевле. На   вопрос о   том, как им   живется в   Стасевке, отвечают: по-разному. Пенсионерка по   имени Мария   — бобруйчанка. Вместе с   мужем она построила в   деревне дом, куда семья и   перебралась со   временем, оставив городскую квартиру детям.


—   Я   сама родом из   Углов   — это деревня староверов на   другом берегу реки. Всегда была уверена, что в   селах нет такого разврата, как в   городе, потому что люди у   всех на   виду. Но   оказалось, что природа берет свое, и   ничего с   этим не   поделаешь.


Про то, что все на   виду   — чистая правда. В   Стасевке, несмотря на   строгое соблюдение медицинской тайны, имена большинства ВИЧ-инфицированных всем известны.




Отношение к   этим людям двоякое: кто-то принимает их   болезнь как факт, кто-то уверен, что они опасны для общества. Женщина в   возрасте, проходящая мимо магазина, возмущается:


—   Вы   разберитесь в   ситуации. У   нее СПИД, а   сестра на   ферме работает. Они   ж нас всех позаражают!


О   том, что бытовым путем ВИЧ не   передается, селянка, похоже, не   знает   — и   настойчиво называет адрес и   фамилию «той самой» соседки, которая, по   ее   мнению, представляет угрозу для окружающих.




Дом на   одной из   улиц, где проживает 37-летняя носительница вируса, выглядит крепким, но   находиться в   нем, по   словам хозяйки, зимой невозможно. После смерти отца, говорит она, семья погрязла в   долгах, газ и   электричество отключены за   неуплату. Женщина не   скрывает своего имени и   не   прячется от   фотоаппарата, но   на   вопрос о   том, как была инфицирована, отвечает уклончиво. Сообщает лишь, что узнала о   диагнозе несколько лет назад. Жизнь ее   после этого особо не   изменилась, вот только с   трудоустройством есть проблемы   — организм уже не   выдерживает серьезные физические нагрузки.


Поначалу она отрицает, что состоит на   учете в   поликлинике, потом говорит, что за   лекарства надо платить, а   денег нет. В   итоге все   же сознается, что получает «какие-то таблетки» бесплатно.






—   Раньше работала на   ферме, в   прошлом году застудилась так, что в   больницу попала,   — говорит она. —   Пришлось уволиться, а   другой работы в   деревне нет. Сама я   по   образованию озеленитель, готова даже в   город каждый день ездить, но   не   берут. Мне   б хоть какую должность, лишь   бы в   тепле, а   не   на улице.


Раньше, по   словам женщины, ее   родители жили в   Бобруйске. Потом из-за сложностей с   работой семья перебралась в   Стасевку, получила дом от   колхоза. Одна из   сестер вышла замуж за   местного парня, сейчас она   — многодетная мама в   декрете. Ее   дом находится неподалеку, и   туда родственники часто заходят погреться, берут во   дворе воду из   колодца. А   вот ночуют у   себя, в   холоде, так как у   сестры разместиться негде.


В   этом доме без отопления также живут ее   мать-пенсионерка, брат и   еще одна сестра. Спят, признается женщина, в   одежде, еду готовят на   улице, используя печку-«буржуйку». Возле нее как раз и   хлопочет над обедом мать-пенсионерка. Вместо дров   — старая мебель и   хлам, который соседи стаскивают на   подворье.


—   Нас не   обижают, и   на   том спасибо.




Все родственники женщины в   свое время сдавали анализы на   ВИЧ, результат оказался отрицательным. Ее   брат и   сестра трудоустроены, мать получает пенсию. Но   если все доходы семьи сложить, то   денег рассчитаться с   коммунальными долгами, подключить свет и   газ все равно не   хватит, говорит женщина.


На   вопрос, как   же семья оказалась в   такой ситуации, она не   может ответить.




Социальный статус носителей ВИЧ в   Беларуси   — их   личное дело, говорят TUT.BY в   Могилевском областном центре гигиены, эпидемиологии и   общественного здоровья. Более того, люди с   вирусом иммунодефицита сами решают, будут   ли принимать препараты для антиретровирусной терапии, которые выдаются такой категории пациентов бесплатно.


—   Мы   лишь предлагаем им   стать на   учет, регулярно проходить обследование и   получать комплекс лекарственных средств, которые подбираются индивидуально. Но   принуждать к   терапии никого не   имеем права.




По   данным Бобруйского зонального центра гигиены и   эпидемиологии, с   начала года в   Бобруйском районе было зарегистрировано 5 новых случаев инфицирования ВИЧ. Всего   же в   регионе проживают 65 носителей вируса, 30 из   которых нигде не   работают и   не   учатся.

 

Комментарии закрыты.